Как неоднократно уже случалось в прошлом, любой новый политический год в Удмуртии наступает осенью. В том числе и в случае если осенью нет практически никаких выборов. Но и сейчас основной конфликт года оказался связан с переделом собственности. Например, с попыткой войти в уставной капитал второй по размерам добычи нефтяной фирмы в республике - ОАО “Белкамнефть”. Однако, и осень 2000 г., и осень 2001 г., не обращая внимания на то, что все силы тогда уже кидались на выборы, имели одинаковые результаты - утрату контролирования республиканских правительства над некими сегментами экономики. Наиболее сокрушительными результатами__НУЛЛ__ увенчались президентские выборы - республика лишилась влияния сходу на два основных оборонных фирмы - “Ижмаш” и ИЭМЗ “Купол”. Но, помимо данных фирм, перечень утрат имела возможность уже на тот момент пополнить и “Белкамнефть”. Как минимум, “Д” уже давно писал про этих неиспользованных договоренностях - дать республиканский пакет промо-акций “Белкамнефти” в доверительное управление проСОКовским текстурам. Осень 2001 года принесла свежую потерю.
Основной информационный ресурс в республике - ГТРК “Удмуртия” - был признан только федеральным. В общем, от больших всенародных выборов, если судить по опыту последних лет, абсолютно ничего хорошего ожидать в данный момент не приходится.
Сейчас выборы настоятельно просят совсем наибольших наличных средств и поддержки авторитетных сил в Столице, со всеми вытекающими из данного результатами - потребностью со стороны главных претендентов на пост президента Удмуртии (и в том числе и главы горадминистрации столицы республики) искать поддержки у промышленно-денежных групп и федеральной бюрократии. Личного политического влияния в Столице и денежных вероятностей республиканского бизнеса для обеспечивания политического процесса, к сожалению, оказывается и уже мало. В результате приходится уступать что-нибудь тем группам, коим, грубо говоря, нет практически никакого дела до общественных неприятностей далекой от них Удмуртии. В этом контексте грядущие в этом, 2003 году выборы парламентариев в Госсовет УР и Госдуму РФ на первый взгляд обязаны считаться “надёжными”.
Их итоги не имеют прямой взаимосвязи со сменой “первого лица” республиканской вертикали власти. Единственное, что имеет возможность заботить в данных двух кампаниях такого же президента Волкова, так данное выход в свет на волне выборов свежих авторитетных фигур в удмуртской политическом деятеле. Результаты выборов в начале апреля обязаны найти фамилии председателя Госсовета и кого-то из двух сенаторов в Совете Федерации, а в конце года к ним добавятся фамилии еще и трех-четырех парламентариев Государственной думы РФ.
По формальной первопричине их приспособления к вершине истеблишмента данные пять-шесть человек, имиджу с еще несколькими фигурами, подпадающими под неотложные параметры, обязаны в возможности попасть в “проработку” насчет их соотношения роли преемника первому президенту Удмуртии. И, чисто психологически, этот миг, скорее всего, окажется главным при определении кандидатур, в пользу коих будет трудиться административная система республики.
Выбор Волкова, грубо говоря, неоспорим: ни один из претендентов не обязан показаться Столице не смотря на то, что бы отдаленно подобным на грядущего начальника Удмуртии. Эта страховка, непременно, трудится, но исключительно в режиме настоящего времени. В возможности же, при сохранении принципа “Волков - данное навсегда”, вторым президентом Удмуртии имеет все шансы стать или его полный антагонист, или “варяг”. В связи с этим начавшийся 2003 год - год двойственный. Оппозиции нет, а противоречий довольно много. Фактически говоря, в данном и заложена первопричина всего, что случилось в прошлом году с такой же “Белкамнефтью”.
И имеет возможность еще случиться с вблизи иных фирм, в коих республиканское правительство имеет собственные пакеты промо-акций. Чтобы данное осознать, достаточно спросить: как проходила политическая борьба (жизнь) в Удмуртии в прошлые годы? Ответ: в дебатах на сессиях Парламента (Госсовета УР) около разных законопроектов и в период выборов. Что делается в данный момент? В данный момент, дабы “подорвать власть” Волкова, инициируют финансовые диверсии, кои в конечном результате обязаны лишить Удмуртию остатков собственности и влияния на формирование собственного бюджета. И, непременно, подорвать власть Волкова.
Но, первым делом, совсем лишить Удмуртию в том числе и намека на финансовую самодостаточность. В подковерной борьбе за раздел более ликвидных частей республиканской экономики, по всей видимости, и светит протекать свежему политическому году. И это все в перспективе “надёжных” по собственным результатам выборов парламентариев разных значений власти. Озабоченности допускаемой опасности участия в данных выборах секретных и определенных “оппозиционеров” (того или иного “блока Чикурова” или же остатков ветхой ижевской оппозиции) очевидно завышены.
Перед этим же Чикуровым, Салтыковым или же Одиянковым стоят только приватные задачи, связанные с предстоящим определением их своей карьерной участи. Предполагать, что на этих темах быть может сделано что-то наподобие “оппозиции” Волкову, нецелесообразно и безтолку. Быстрее, речь идет о продолжении проверки индивидуальных взаимоотношений, конец коим, по всей видимости, наступит только с завершающим уходом фигурантов данных столкновений из удмуртской политические деятели.
Еще наиболее бесперспективны партийные виды на грядущие весной выборы. И даже если бы осенью минувшего года Госсовет не поставил крест на “партийных перечнях”, состав свежего Госсовета навряд ли бы подвергался высококачественным переменам. Всего лишь грядущие выборы в республиканский парламент проходили бы не в пример наиболее зрелищно, нежели классические “одномандатные”. Но “безопасность” грядущих выборов для экономики Удмуртии только относительна. Как минимум, два последних примера - выборы парламентариев Госсовета первого созыва (март 1995 г.) и теперешнего второго созыва (апрель 1999 г.) - выделяют причины для сомнений. Зимой-весной 1995 года в пылу борьбы в республиканского истеблишмента, поделившегося на тех, кто за Тубылова, и тех, кто за Волкова, был бесповоротно утерян национальный пакет промо-акций “Удмуртнефти”. Как скоро в начале мая 1995-го в Удмуртию пришло требование Госкомимущества РФ передать сертификат на владение промо-акциями из Ижевска в Столицу, в республиканских верхах увлеченно делили должности.
А как скоро в начале ноября материнскую фирму “Удмуртнефти” - НК “Сиданко” - выселили на залоговый аукцион, республиканская элита помпезно праздновала День государственности Удмуртии. По некоторому мистическому стечению событий через четыре года, зимой-весной 1999-го в период свежих выборов в Госсовет УР у республики нежданно обнаружилась возможность вернуть промо-акции “Удмуртнефти” обратно. Управляющая вершина фирмы инициировала банкротство “Удмуртнефти”, и на маленькое время очень многое стало вероятным. Но борьба за контрольный пакет голосов в Госсовете перевесила пакет промо-акций в основной нефтяной фирмы Удмуртии. Депутаты-нефтяники проголосовали за Волкова.
Но действительно данное не сознательно, проголосуй тот самый Богомольный с категорией товарищей за Вершинина - произошло бы это же - республиканские власти не заняли бы интенсивной позиции относительно к банкротству “Удмуртнефти”. Так как в тот миг от данных нескольких “нефтяных” голосов зависело, кто возьмёт административные права на Удмуртию на обозримые четыре года.
Неувязка в том, что с любой пересменкой во власти настоящий вес данных административных прав делается все менее, и с годами имеет возможность ограничиться только стенками нескольких десятков республиканских ведомств и районных администраций. При сохранении ответственности за все, что станет в данное время происходить с общественной сферой. И тут 2003-й год, прогулявшийся на последний полный год первого президентского срока, скорее всего, будет чем-то наподобие “идеала”, по коему в 2004-м отмерят карьерные возможности Александра Волкова. А совместно с ним и всей политической системы, выстраивавшейся в Удмуртии с конца 1993 года. Но и здесь не избежать парадоксальных оценок.
Вроде как, Кремль (в случае если осознавать под ним президента Путина) заинтересован в общественно серьезном региональном истеблишменте. Если взглянуть под другим углом, тот самый Кремль (как самодостаточная бюрократическая структура, со взаимосвязями в промышленно-денежных группах) в полную силу принимает участие в операциях по политической поддержке региональной экспансии большого денег. В таком случае, сильный региональный истеблишмент, разумеется, есть только помехой.
Отсель, наверное, и “растут ноги” мыслей Щедровицкого и комиссии Козака по поводу разорения земель и временных денежных администраций. Данное на тот случай, в случае если не получается “сломить сопротивление” районной верхушки простыми средствами. Под какой критерий оценки попадет политическое управление Удмуртии - вопрос времени. Но полтора миллиона обитателей республики тут также не чужие. Сергей ЩУКИН.